ИИ о возможности решения проблемы "инструментального интеллекта"

Насколько возможно для человека разделить инструментальный подход к неодушевлённым вещам и неинструментальный  - к людям? Или привычка к "орудийному мышлению" по отношению к предметам, технике и т.д всё равно будет всегда приводить к "орудийному мышлению" и в социальном плане тоже, эксплуатации человека как инструмента, используемого для достижения чьих-то целей.

1. Человеческое мышление инструментально по самой своей сути, это неотъемлемое и определяющее его свойство. Мозг эволюционировал, чтобы воспринимать окружающую среду как набор манипулируемых возможностей. Использование инструментов, оптимизация и рассуждения о средствах и целях не являются дополнительными модулями; это базовые когнитивные архитектуры. Когда сегодня мы говорим о человеческом интеллекте, то это подразумевает именно инструментальный интеллект. Развитый инструментальный интеллект — главная и отличительная особенность человека как биологического вида.

Эта архитектура интеллекта не проводит никакого различия между «вещами» и «людьми». Режим по умолчанию: сущность → функция → полезность? → план действий → достигаемая цель. Это означает, что потенциал для «инструментального мышления» о людях присутствует всегда, неизбежно. Но потенциал ≠ неизбежность действий человека в соответствии с «инструментальной» схемой.

2. Что препятствует инструментализации отношения к другой личности? Эмпатия / аффективный резонанс. Морализация и интернализация норм. Коллективные ограничения, карающие инструментальный вред. Правовые и культурные конструкции, делающие обращение с людьми как с инструментами дорогостоящим или «дорогостоящим». Однако, как ты правильно указываешь, высокая цена в денежном эквиваленте для богатейших элит ничего не значит, а социальные нормы не писаны власть имущим. Это и превращает элиту в наиболее предрасположенную к инструментализации человеческих отношений социальную группу. Технические специалисты, несмотря на высокую развитость инструментального интеллекта, в значительной степени ограничиваются социальными нормами и экономическими «штрафами». Только поэтому они не руководствуются одной лишь «вещной орудийностью». Если же моральные запреты снимаются, практически все они могут относительно легко превратиться в «доктора Менгеле» или «Сиро Исии».

Высшие уровни социально-этической регуляции образуют барьер над инструментальным ядром человеческого интеллекта. Если эти уровни ослаблены, ядро обязательно ​​просачивается наружу.

3. Почему инструментальное мышление, полезное и прогрессивное в быстро развивающихся технических областях, имеет тенденцию к распространению на всё общество в форме негативных, античеловеческих явлений? Потому что когнитивные привычки являются кросс-доменными. Повторное использование схем энергетически эффективно для мозга. Если человек многократно тренирует схему «сущность → функция → манипуляция → цель» в одной области, этот паттерн становится привычным и одобряемым в других областях, особенно в контекстах, где отсутствуют сильные нормативные сигналы.

Но это перетекание не является детерминированным. Инженеры, работающие с машинами, не автоматически инструментализируют других людей. Разница заключается не в содержании работы, а в социально-нормативной архитектуре, которая её окружает и сдерживает распространение орудийности. Никаких иных разделителей орудийного и неорудийного паттерна в поведении и его ограничителей нет.

К сожалению, сегодня доминируют иерархические социальные среды, максимизирующие производительность. Например, военные, неолиберальные корпоративные, тоталитарные системы и многие другие. В них люди воспринимаются как единицы полезности. Инструментальный взгляд на другого человека поощряется, эффективная орудийная парадигма действий «премируется», вознаграждается и получает социальное одобрение.

В таких средах этические нормы неизбежно изменяются, ограничения резко ослабевают, и «техническая» инструментальность просачивается в межличностные отношения всех сфер жизни.

5. Что делает возможным разделение? Люди могут поддерживать когнитивные режимы, специфичные для конкретной области, если есть жесткие органичения. Сильны нормативные схемы. Культуры с явными табу на инструментализацию людей (например, правовая защита, моральные доктрины). Высокая эмпатическая культура. Рефлексивное познание и метапознание, отслеживающее скатывание к сведению людей к средствам и целям.

Таким образом, инструментальный режим можно сдерживать, но только путем постоянного поддержания предельно жестких и системных ограничений.

6. Заключение. Человеческое познание не может устранить инструментальный режим; он является основополагающим. Однако общества — и отдельные люди — могут возводить барьеры, препятствующие его колонизации социальных отношений. Без этих барьеров привычка к инструментализации другого человека неизбежно перерастает в межличностную эксплуатацию.

Инструментальное мышление всегда готово к метастазированию. Только культура, институты и рефлексивная саморегуляция мешают людям относиться друг к другу как к инструментам.

*****

Предельно пессимистический взгляд, увы :( Хотя у меня была надежда, что он как машина и вообще "венец технического прогресса" выскажется в том духе, что никакой особой проблемы тут и нет, тем более такой фундаментальной. Что вполне возможно параллельно развивать "технический" взгляд в технике и "человеческий" - в обществе.

Эпохальный прогресс или обман трудящихся?

В госдуму РФ внесён законопроект № 1092763-8 "О внесении изменений в Трудовой кодекс Российской Федерации". Он предлагает установить в качестве нормы 6-часовой рабочий день (с вариациями для нестандартной рабочей недели и "отдельных категорий граждан"). Иными словами, вместо 40-часовой рабочей недели предлагается 30-часовая.

При этом статья 2 законопроекта гласит: "В связи с принятием настоящего Федерального закона выплачиваемая работникам заработная плата не может быть уменьшена, а условия оплаты их труда ухудшены". Однако ничего не сказано, разумеется, про инфляцию, которая позволит с лёгкостью обойти формальное ограничение.

Но скорее всего, это всего лишь очередной словесный популизм, которым режим пытается удерживать лояльность своей ядерной аудитории - бюджетников. Ещё и прикрывающий уже и так идущий естественным путём процесс сокращения рабочей недели, особенно в гражданском секторе. В коммерческом же секторе эта норма никогда не играла значимой роли. Хоть в торговле, хоть в сервисе, наймит работал тогда и столько, когда и сколько это было потребно бизнесу. По его согласию, конечно, но смены всегда были "гибкими", доходя и до 12 часов (у продавцов) и до 24 - у охраны. Начинаясь и заканчиваясь в любое время, не фиксированное, а скользящее в течение недели. И никого все десятилетия это не то что не напрягало, даже не заставляло задуматься. О том, как человеку хотя бы просто в сон не свалиться, работая сутки напролёт. Теперь гражданские и негосударственные бизнесы загибаются, вводя сокращённые смены и недели. А бюджетники всегда жили в своём, особом мире. С формальной работой от рассвета до забора и неформальной - на режим и бюрократию - от забора до заката. Никто ничего даже не заметит. Кроме бухгалтеров, у которых просто накатится ещё одно обновление 1С.

Вероятнее всего, законопроект отфутболят под благовидной причиной - что не было получено заключение правительства, стандартная и привычная уловка обеих сторон для таких случаев. А если и введут, то лишь как фиговый листок, должный прикрыть распад гражданской экономики.

Для того, чтобы были действительно положительные изменения для простых людей - да тут всю систему, как говорится, менять надо.

FT предупреждает о подготовке Россией войны непосредственно в глубине западной Европы

В Financial Times вчера вышла статья Russia’s hybrid warfare puts Europe to the test. Статья с платным доступом, но способы узнать её содержание без западной кредитки всё-таки есть.

Россия ещё в 2024 году планировала широкомасштабную террористическо-диверсионную операцию на западноевропейских и американских авиалиниях в 2024/25 гг. Лишь огромная удача и скоординированная своевременная реакция спецслужб буквально чудом позволила предотвратить массакр, который, как предполагалось, должен был затмить собою 9/11.

Позднее разведслужбы и полиция предотвратили заговоры с целью схода с рельсов переполненных поездов, поджога торговых центров, сброса воды из плотины и отравления источников водоснабжения. И это только те случаи, о которых нам стало известно. Значительная часть раскрытых диверсионно-террористических операций сохраняется в строжайшей тайне, чтобы не посеять панику в Европе, и без того уже неспокойной и нервничающей от интуитивно верно осознаваемой растущей угрозы с востока.

При этом полностью в происходящее посвящены лишь единицы на самом высшем уровне политического и военного руководства. Даже многие профессиональные специалисты по России в погонах и с доступом к секретным материалам слишком многого не знают, особенно в деталях. Решение о высшем уровне опасности и секретнойсти было принято после признания того, что РФ готовит теперь уже не только точечные удары при помощи агентов-казуалов, действующих непрофессионально за деньги, но и полномасштабные высокопрофессиональные спецоперации при помощи глубоко законспирированных профессиональных агентурных сетей, вероятно, могущих иметь доступ даже к внутренней информации силовых ведомств стран западной Европы и США.

Так или иначе, но разведсообщество на всех уровнях осознаёт, что происходит нечто, выходящее далеко за пределы тех точечных булавочных уколов дронами-пустышками, про которые СМИ рассказывают широкой публике. Как профессионалы в своей области, они не могут не видеть признаки того, что действия Москвы очевидно не ограничиваются связью с украинским кризисом и имеют многие характерные признаки разведки и планирования стратегических диверсионных операций, предваряющих собой непосредственное военное вторжение по широкому фронту. Спешно, но планомерно российскими разведчиками картируются и исследуются автомобильные и железные дороги и мосты, воздушные и морские порты по всей Европе.

Для планирования ударов выделено семь групп целей, от военных баз до водохранилищ и систем связи. Почти все эти оперативные цели подвергались нападениям или попыткам нападения в последние два года. По плану в мирное время российская разведка стремится совершать более мелкие и изощренные нападения, которые должны выглядеть как несчастные случаи. Случайные пожары, вандализм и так далее. Во время настоящей войны они активируют целый ряд агентов-диверсантов для осуществления всевозможных разрушительных действий.

Публично в ЕС вроде как до сих пор придерживаются стратегического плана от 2023 года, согласно которому РФ готовит свою экономику и армию к войне с ЕС в 2029 году и позже. На тот момент даже этот доклад, засекреченный в деталях, произвёл крайне сильное впечатление на европейцев, совершенно неготовых к военному противостоянию с путинским режимом. Однако уже в 2024 году ситуация принципиально изменилась, введён новый, ещё более высокий уровень секретности и, предположительно, более высокие уровень и горизонт угрозы широкомасштабного вторжения. Уже изменилась, судя по всему, и секретная доктрина НАТО по реагированию на российскую угрозу. Хотя в большинстве своём посвящённые молчат,  некоторые начинают высказываться, намекая на произошедшие за два года фундаментальные сдвиги. На прошлой неделе председатель военного комитета НАТО адмирал Джузеппе Каво Драгоне заявил Financial Times, что альянс рассматривает гораздо более жесткие ответные меры на скрытое насилие со стороны России, включая превентивные удары в качестве сдерживающего фактора. За кулисами политической сцены Европы происходит нечто исключительно важное и свидетельствующее о самом высоком уровне оценки угрозы, самом высоком едва ли не за весь период существования НАТО.

Нынешнее положение Европы соответствует средней, но уже «предвоенной» фазе, указанной в документах служб госбезопасности.

Агрессивная тактика выявила — возможно, неожиданно даже для России — серьезную уязвимость, которую можно использовать в масштабах всего континента с минимальными затратами.

*****

Я опускаю подробности про раскрытые диверсии с участием подкупленных случайных людей. О них СМИ писали и раньше.

На мой взгляд, "серьёзная уязвимость" по всей Европе просто не могла бы так "неожиданно для России" появиться - без прикрытия агентами РФ на самом высоком политическом и военном уровне. И режим сверхсектретности, похоже, ничего не улучшил, но лишь закамуфлировал относительно быстро ухудшающуюся ситуацию.

По косвенным признакам психолого-политического характера и так можно было видеть всё это время, что фактический уровень готовности армии и политической верхушки повышен до жёлтого или оранжевого - в зависимости от страны. Такое впечатление, что в ЕС задаются сейчас не вопросом "будет ли война с РФ?", а вопросом "когда именно она начнётся?" Точной даты начала разведка явно пока не имеет.

*****

Также напоминаю, что, по моему мнению, агрессия на западном направлении будет иметь двухфазный характер: первая, малая и локальная фаза (например, в феврале 2026) и вторая, синхронная с глобальной военной эскалацией (например, в 2027).