Los Angeles Times: President Vance?

Помните, как некоторые люди были одержимы возрастом и будущим президента Байдена, потому что беспокоились о президенте Камале Харрис? Она добилась успеха как кандидат от Демократической партии, особенно для не-Калифорнийцев, незнакомых с ее карьерой в Сенате. Мы узнаем гораздо больше о ее вкладе и опыте в качестве вице-президента и наблюдаем, как она справляется с вызовом сокращенной кампании с мастерством, гуманностью и твердостью.

Теперь очередь за Джей Ди Вэнсом.

Ситуации похожи, но есть и отличия.

Во-первых, 78-летний Дональд Трамп демонстрирует признаки ухудшения, которые гораздо более обширны и тревожны, чем те, которые заставили Байдена прекратить свою кампанию. Речи Трампа бесконечны и переходят в бессмыслицу, неуместные слоги, неконтролируемую оскорбительную речь и совершенно неуместную вульгарность — все это предупреждающие признаки умственного упадка. На сцене во время предвыборной остановки в Пенсильвании на прошлой неделе он совершил сюрреалистический и долгий крюк в… что-то. «Трамп покачивается и пританцовывает под музыку в течение 39 минут в странном эпизоде ​​в здании муниципалитета», — говорится в заголовке Washington Post, который заслуживает награды. С тех пор Трамп заявлял, что Харрис запретит коров, называл ее «дерьмовым» вице-президентом (shit vice president) и — в речи, заявленной как его заключительный аргумент — перешел к пространным размышлениям о «невероятных» размерах гениталий Арнольда Палмера.

Трамп в Пенсильвании пляшет под YMCA в то время, как его фанов, которым стало плохо в толпе, выносят из зала.

Есть второе ключевое различие между опасениями по поводу возраста Трампа сейчас и вопросами по поводу возраста Байдена несколько месяцев назад: если Трамп победит и не сможет отработать свой срок, его заменит Вэнс — амбициозный новичок-сенатор, который уже очень хорошо известен и дал американцам множество поводов для беспокойства.

С тех пор, как он привлек к себе внимание всей страны своими мемуарами «Hillbilly Elegy» в 2017 году, интервью Вэнса на телевидении, радио и в подкастах создали обширную коллекцию идей и мнений, которые его коллега-демократ Тим ​​Уолц незабываемо описал как странные.

«Я бы, конечно, хотел, чтобы аборты были незаконны на национальном уровне», — сказал Вэнс. Он оскорбил «бездетных кошатниц», заявил, что людям без детей все равно на будущее Америки, и выдвинул идею о том, что у родителей должно быть больше голосов, чем у бездетных взрослых. Вэнс также сказал, что его совет Трампу был бы таким: «Увольте каждого бюрократа среднего звена, каждого госслужащего в административном государстве, замените их нашими людьми». А за пять дней до вторжения России на Украину в 2022 году Вэнс сказал Стиву Бэннону, что «мне на самом деле все равно, что будет с Украиной».

Если бы он был вице-президентом 6 января 2021 года, сказал Вэнс в начале этого года, он бы не сертифицировал выборы 2020 года, потому что «Конгресс должен был бороться за это». Только в этом месяце он отказался признать поражение Трампа от Байдена пять раз в одном интервью и настаивал на митинге в Пенсильвании, что в 2021 году произошла «мирная передача власти» (игнорируя смертоносное нападение сторонников Трампа на Капитолий 6 января). Пик отрицания, возможно, пришелся на среду, когда Трамп назвал 6 января «днем любви», а Вэнс наконец сказал «нет», когда его спросили, проиграл ли Трамп в 2020 году.

Если Трамп действительно победит на выборах 2024 года, этот человек, который примерно вдвое моложе его, станет следующим в очереди на Овальный кабинет — перспектива, которая неизбежно правдоподобна. Трудно представить Трампа президентом в 82 года, когда его срок закончится, учитывая его очевидное состояние даже сейчас.

Ближе к концу своего первого пребывания в Белом доме, 6 января 2021 года, Трамп стоял в стороне, пока его сторонники бунтовали в Капитолии, пытаясь сохранить его на посту. Хотя у него оставалось всего две недели у власти, члены его кабинета обсуждали возможность применения 25-й поправки для его смещения и пришли к выводу, что это нецелесообразно — особенно потому, что вице-президенты играют ключевую роль в процессе смещения, а вице-президент Майк Пенс сказал, что он не заинтересован.

Во второй администрации Трампа эти обсуждения могут произойти гораздо раньше. Будет ли Вэнс достаточно амбициозен, чтобы возглавить усилия по смещению Трампа? Он, безусловно, казался заинтересованным в том, чтобы продвинуться вперед, и быстро.

Важным фактором политического восхождения Вэнса стал его поворот на 180 градусов «от барда и консерватора, называющего себя «никогда не Трампом», до бескомпромиссного сторонника MAGA и упорного защитника» Трампа, как выразился Politico. В 2016 году Вэнс назвал Трампа «идиотом» и «культурным героином» и сказал, что не может решить, является ли Трамп «циничным засранцем» или «американским Гитлером». Но в 2020 году Вэнс проголосовал за него. И когда Трамп поддержал его на праймериз в Сенате Республиканской партии Огайо, Вэнс сказал следующее: «Он лучший президент в моей жизни, и он разоблачил коррупцию в этой стране, как никто другой».

Вполне возможно, что если бы Трамп был в плачевном состоянии, он мог бы подумать об отставке и передаче бразды правления Вэнсу — несомненно, с соглашением о том, что президент Вэнс помилует Трампа по федеральным делам, с которыми он сталкивается. Но дела, проходящие через суды штатов Нью-Йорк и Джорджия — не подлежащие президентскому помилованию — все еще будут висеть над Трампом, поэтому также возможно, что он откажется отречься от престола, независимо от того, насколько он стал недееспособным.

Это немыслимо, как и укороченное президентство Трампа, которое дало бы нам президента Вэнса. Есть только один верный способ предотвратить оба сценария: победить эту пару в день выборов.

Джилл Лоуренс — писатель и автор книги «Искусство политической сделки: как Конгресс превзошел шансы и прорвался через тупик».

By Jill Lawrence

Oct. 22, 2024 3 AM PT

https://www.latimes.com/opinion/story/2024-10-22/jd-vance-vice-president-25th-amendment-replace-trump

*****

Помните, полгода назад в этом блоге уже не раз было отмечено: весьма вероятно, что напарников главных кандидатов специально придерживают, чтобы не портить им карьеру раньше времени, наращивая антирейтинг токсичной выборной публичностью? Что именно один из них, напарников, а не кандидатов и будет реальным президентом США уже в следующем году? И что настоящую программу республиканцев озвучивает вовсе не Трамп, а Вэнс?

Харрис, Уолца и Вэнса действительно вытащили из тени на свет божий в самый последний момент. Байдена заставили снять кандидатуру. Трампа - нет. Но оба (да и Харрис, пожалуй, тоже) пока могут стать внезапной мишенью очередного психа-ухострела, а спецслужбы в четвёртый раз только разведут руками - ну бывает же такое, не виноватые мы, он сам пришёл! Но и по возрасту (и маразму) Трампа тоже могут убрать в нужный момент.

Европа

Есть такой фильм у Ларса фон Триера, если кто не в курсе. С чудовищно гадким сюжетом и месседжем, но технически совершенный и кинематографически гениальный.

Некий Лео Кесслер (слева на скриншоте выше), не то немец, не то немецкий еврей, вовремя бежавший из Третьего рейха в США, в 1945 году едет назад, в Германию - как он это не то сам себе, не то нам объясняет -  помогать людям на гражданской работе - проводником поезда компании Zentropa. Дочь владельца "Центропы", Катарина Хартманн (справа на скриншоте выше), почти сразу находит "американского идеалиста", соблазняет, женит на себе, вводит в свой круг - старую элиту, связанную с подпольным профашистским Werwolf'ом. Через какое-то время не то настоящим киднеппингом Кэт, не то театральным розыгрышем, достойным Станиславского (ведь Хартманн и сама - одна из ключевых фигур "Вервольфа"), вервольфовцы заставляют Лео подорвать поезд на мосту, чтобы нарушить железнодорожное сообщение союзников. Он в последний момент сомневается - всё же одно дело как бы случайно пропустить в поезд детишек с пистолетами, убивающими новоназначенного американцами бургомистра, и другое - отправить на тот свет тысячи ни в чём не повинных людей. Но Катарина убеждает его шокирующим аргументом: а нет в Германии ни одного невиновного! Все или убийцы, или предатели. Все достойны смерти - никого не жалко, не о чём сожалеть! Под конец Лео таки взрывает и топит поезд на мосту, но теперь уже по собственному желанию. Вместе с собой - ну а что, он же и сам такой, достойный смерти.

Раньше мне этот фильм казался совершенным бредом, элитарным артхаусным кунштюком эпатажного датского режиссёра, с самого начала снискавшего себе славу человеконенавистнической чернухой. Действительно, в "Европе" нетрудно заметить и главную идею "Преступного элемента": нет хороших людей, все подонки, убийцы и маньяки, только ещё (или так и) не вошедшие во вкус. И "Эпидемии": идеалисты с добрыми намерениями - главные злодеи. Крайне сомнителен и психологический реализм сценария: ну с какой бы стати эталонно положительный идеалист, если он действительно таковым является, да ещё и сын бежавших от нацистов евреев (что прямо в фильме нигде не говорится, но неоднократно намекается) вдруг согласится сотрудничать с нацистским подпольем, а не сдаст его союзникам при первом же случае? Ведь он должен понимать, что ничего хорошего их деятельность никому принести не может. Даже если учесть, что (так утверждается в фильме) 80% немцев продолжают поддерживать нацизм. Влюблённость? Ну не смешите меня! Она тут столь же неприкрыто картонная, фальшиво разыгранная только для последующей дискредитации, как и все человеческие чувства в более поздней "догме". В "Эпидемии" оба, режиссёр и сценарист прямо на камеру демонстрируют нам это своё отношение к публике, цинично придумывая нарочито бредовую историю по принципу "пипл всё схавает" (хотя в данном случае под пиплом надо бы понимать интеллектуальную элиту, что как бы даже ещё более впечатляет зрителя - которому откровенно, не стесняясь плюют в рожу, но он раз за разом возводит Триера на пьедестал кинематографических гениев, восторгаясь и превознося, пожалуй, даже поболе всех действительно достойных режиссёров-гуманистов). Ни о каком жизненном правдоподобии и речи идти не может. Так же и "Европа" - это не жизнь, отражённая в искусстве, но искусственно высосанная из пальца не-жизнь, отрицание жизни, любых человеческих идеалов, прогресса и разума.

Как вообще можно стать столь рафинированным мизантропом, имеющим лишь одну сверхидею, одно сверхжелание в жизни - доказать, что все - скоты, весь мир - дерьмо и никакого выхода - нет?

И вот сейчас я постепенно начинаю понимать, точнее своими глазами наблюдать, как и почему возникают такие воззрения. Масса людей, ещё три года назад возмущённо отреагировавшая на начало СВО, как минимум, словами Немцова - "Он *******, Владимир Путин, чтоб вы поняли" - сегодня, к величайшему моему удивлению, не просто переметнулась на тёмную сторону, но демонстративно заняла вот именно такую позицию, в точности, один в один. "Это просто жизнь. Жизнь - она везде говно, и, если хочешь жить, надо быть говном, хоть тут, хоть в Штатах. И вы такие же, ещё большее говно, только денег вам никто пока ещё не дал. И не даст, ха-ха-ха!". Один мужчина работал грузчиком на ставку в 20 тыр. Сейчас работает на каком-то военном заводе, устроился по протекции неназванного доброго родственника. Хвалится, что одна только премия была под поллимона. На фотках весь лоснится благополучием и удовлетворением, позируя на фоне какого-то строящегося дома. Даже мат из речи куда-то пропал у него. Но зато демонстративный мизантропский цинизм зашкаливает просто. Одна женщина, которую я последнее время наблюдаю только заочно, по старой "дружбе" в ВК, активно выступавшая против "либералов" (под которыми понимала сторонников экономического неравенства) теперь, оказывается, работает ни много ни мало "специалистом по воинскому учету" в какой-то крупной госкомпании. Прошла переподготовку, устроилась на пике спроса в прошлом году и сейчас поёт в сети оды "русскому миру" и панегирики лично Путину, "самому народному лидеру России всех времён". И тоже открыто транслирует ту же идеологию: да, орки мы, тупые и злые, ну и что - вы и сами все такие, просто жить не умеете!".

Но что самое неожиданное, что, собственно, и напомнило мне в них триеровского Лео - все они регулярно репостят новости про подготовку ядерной войны. Без малейшего страха причём, скорее даже с каким-то праздничным энтузиазмом! Вот, мол, посмотрите, мы хоть сегодня готовы. Всё ж равно давно пора эту гадкую планетку экстерминировать. С нами вместе? И что? Ну, то есть те же мизантропски-суицидальные мотивы.

В этом они, конечно, отличаются от высокомерных мизантропов-праваков, хорошо известных мне задолго до невойны. У них те же и высокомерие, и мизантропия, и речи про неумение жить, про безальтернативность неравенства. А часто и зла вообще. Что-де неудачники только потому и говорят про равенство, что других пока не нагнули. А так больше всех сами и денег, и власти хотят. Рабы хотят иметь рабов, "ресентимент шариковых" и вот это всё. То, что можно вообще не желать неравенства, даже в свою пользу, они не допускают ни на миг. Все - алчные властолюбивые циничные оппортунисты, настоящих эгалитаристов не существует в природе. Но об уничтожении мира такие обычно не мечтают. И представления о добре у них есть, хоть и предельно специфические, абсолютно мне чуждые и непонятные. Есть даже огромное искушение сказать, что все их россказни о добре - не более, чем лицемерие, религиозный или гуманистический опиум для дурачков, в который сами они ничуть не верят. Но чтобы громко, наслаждаясь реакцией, провозглашать день за днём, что подлинное добро - это Зло, подлинная жизнь - это Смерть, а все люди, этого мнения не разделяющие, просто сами ещё не дозрели до постижения Истины... Это нечто совсем другое уже.

И мизантропы разные бывают. Я, скажем, известного всем россиянам Булгакова тоже к ним причисляю. Однако в том, что его произведения пропагандируют отрицание идеалов, добра и существования хороших людей вообще у меня есть серьёзные сомнения. Плох не сам Булгаков, а те, кто эксплуатирует его действительно талантливые романы для огульного охаивания "коммуняк", "быдла" и "шариковых", подразумевая под ними бедняков и сторонников эгалитаризма. Но это очень поверхностный взгляд. Автор, на мой взгляд, на порядки умнее и глубже абсолютного большинства своих восторженных читателей.

Но Триер не таков. Он таков, как и все эти злобные орки. Разве что по какой-то дичайшей несправедливости получивший редкий дар кинематографиста. И выражающий на языке элитарного артхаусного кино самые глубинные идеи и  мечты глубинариев, пришедших к своему маленькому, ничтожному успеху, но уже за него продавших душу дьяволу со всеми потрохами и теперь убеждённых, что любой на их месте поступил бы также. А разве может быть иной эта грёбаная (не)жизнь? Разве можно отказаться от поддержки (не)войны? Разве есть в этом мире нетакие люди? Конечно же, нет!